barucaba (barucaba) wrote in iskusstvo_zvuka,
barucaba
barucaba
iskusstvo_zvuka

Category:

Легендарный Артуро Тосканини - случаи из его жизни и его божество - Музыка

http://www.liveinternet.ru/community/4989775/post251420149/
Tamara_Potashnikov




АРТУРО ТОСКАНИНИ





вот это память!

Память была одним из самых выдающихся даров природы, которыми обладал Артуро Тосканини. В тот день, когда с места обычного виолончелиста он встал за дирижерский пульт, первое, что он сделал, закрыл партитуру, лежавшую перед ним: "Аида", которая шла в тот вечер, уже полностью хранилась в его памяти, несмотря на то, что он еще ни разу не стоял за дирижерским пультом. Причем, он помнил не только ноты, но и все знаки, поставленные Верди для выразительности звучания музыки...

"фа-диез!"

Однажды маэстро готовил "Тристана", репетируя с исполнителями под рояль. Вместе с певцами он находился на сцене. Когда проходили второй акт, Тосканини полуобернулся в сторону рояля и коротко бросил:

- Фа-диез!

Услышав замечание, аккомпаниатор слегка растерялся. Сцену повторили еще раз, и вновь, когда дошли до того же места, Тосканини снова крикнул, уже более громко: "Фа-диез!"

Но на нотной странице никакого фа-диеза не было! На третий же раз Тосканини в ярости вскочил со стула и заревел:

- Фа-диез!





Перепуганный аккомпаниатор робко заметил:

- Простите меня, маэстро, но фа-диеза тут не написано...

Тосканини, немного смутился и... тут же ушел в свой кабинет. Через некоторое время аккомпаниатор отыскал другое издание партитуры "Тристана", побежал к маэстро в кабинет и увидел Тосканини, листающего партитуру "Тристана", он хотел собственными глазами убедиться, есть ли в ней злополучный фа-диез или нет.

- Маэстро, - радостно обратился к Тосканини аккомпаниатор, - вы были совершенно правы, в партитуре была опечатка!

Тосканини ответил довольно холодно, но чувствовалось, что за внешней его сдержанностью проскальзывают нотки победной радости:

- Знаешь, меня чуть удар не хватил: выходит, я всю жизнь был ослом, если всегда играл этот фа-диез.

- Осел я, маэстро, потому что не заметил опечатки, - ответил аккомпаниатор.

ми-бемоль не нужен

В Сан-Луисе перед концертом в самый последний момент у второго фагота обнаружилось, что клапан ми-бемоль испорчен. Музыкант был в совершенном отчаянии: "Что скажет маэстро, если не услышит эту ноту!" Зная крутой нрав Тосканини, решено было сообщить ему об отказе клапана до начала концерта. Когда же Тосканини объяснили, что случилось, он мгновенно перебрал в памяти все произведения, что стояли в программе концерта, и сказал:

- Может быть, я ошибаюсь, но, думаю, этого ми-бемоль ни разу и не придется брать за вечер.

Тосканини оказался прав: испорченный клапан второму фаготу ни разу не понадобился.

дирижер - это укротитель!

Тосканини любил повторять с ласковой но коварной улыбкой, что оркестр похож на необъезженного коня, которого необходимо укротить. Если конь почувствует, что на нем сидит добряк, то просто сбросит седока-дирижера. Оркестр всегда с первых же тактов понимает, знает дирижер свое дело или нет.

кляксы на память...

Когда Тосканини изучал партитуры, то запоминал все чернильные пятна и пометки, которые были на страницах. Эти кляксы во время дирижирования проносились перед его внутренним взором с той же скоростью и графической четкостью, что и ноты. Он говорил друзьям:

- На пари могу воспроизвести по памяти почти все свои партитуры, и непременно поставлю на свои места и все... чернильные пятна!

"простуженная" скрипка

Тосканини был чрезвычайно чувствителен к тембровым краскам в оркестре.

Как-то на репетиции нью-йоркского оркестра Тосканини внезапно остановил музыкальную фразу и строго указал на одного из скрипачей:

- Что с вашим инструментом?!

- Но разве я не точно играю? - перепугался скрипач.

- Я спрашиваю, не про то, как вы играете, а что с вашим инструментом! У меня такое впечатление, что ваша скрипка подхватила ангину. У вас сегодня другой инструмент?

- Совершенно верно, моя скрипка осталась дома.

- На сегодня репетиция окончена. А вы чтобы завтра же имели вашу скрипку. Сейчас из-за вашей "простуженной" скрипки я не могу верно слышать звучание всей скрипичной группы.

бесстыдные домочадцы

Тосканини был чрезвычайно требовательным к себе и исполнителям. Малейшие неудачи он переносил очень болезненно. Он мог отправиться на концерт в наилучшем расположении духа, а спустя три часа покинуть зал в полнейшем отчаянии, выкрикивая проклятия в адрес оркестра или самого себя. Как-то в Милане после проведенного в "Ла Скала" спектакля Тосканини вернулся домой крайне подавленным и направился в столовую, где был накрыт стол к позднему ужину. Остановившись в дверях, маэстро обрушился на своих домочадцев:

- Как вы можете есть после такого исполнения, стыдитесь! - хлопнув дверью, Тосканини ушел.

И все в тот вечер разошлись спать голодными.

будем играть громче, господа!..

Однажды Тосканини посвятил всю репетицию оркестра работе над фортиссимо.

- Почему мы сегодня занимаемся только этим нюансом? - спросил дирижера концертмейстер.

- Потому что вчера на нашем концерте во время исполнения "Полета валькирий" зритель в первом ряду безмятежно спал, а я не намерен допускать, чтобы подобное безобразие повторилось!..

Запись "Аиды" не очень хорошего качества, - зато живая...





соседи оценят

К Тосканини приходит девушка и спрашивает, не нуждается ли он в хористках. Тосканини отвечает, что вакансий нет и прослушивать девушку не желает, но добавляет:

- Впрочем, у вас, видимо, есть хорошие рекомендации?

- Нет, - смутилась девушка.

- Тогда вы принесли хорошие характеристики, ведь не с улицы же вы пришли?

- К сожалению, и характеристик у меня тоже нет. Но я могу принести отзывы моих родных. Им очень нравится, как я пою, они поклонники знаменитого маэстро.

Тосканини на секунду задумался, на губах его мелькнула хитрая улыбка:

- Тогда приходите на следующей неделе и не забудьте прихватить отзывы ваших соседей. Если они благоприятные, возможно, я вас и прослушаю.

объяснил!

Во время оркестровой репетиции симфонической поэмы Дебюсси "Море" Артуро Тосканини хотел добиться нежного, как бы парящего звучания инструментов. Он пытался разъяснить оркестру, чего он хочет, и так и этак, но все безуспешно. В конце концов, придя в полное отчаяние, но так и не сумев подобрать достаточно убедительных слов, дирижер вынул из кармана тонкий шелковый платок, поднял его высоко над головой и разжал пальцы...

Оркестранты недоуменно смотрели на платок, который легко и плавно парил в воздухе и наконец бесшумно приземлился.

- Ну теперь вы поняли меня, господа? - серьезно сказал Тосканини. - Прошу вас, сыграйте мне вот точно так!

кто этот негодяй?!

С годами художественные взгляды Тосканини заметно менялись.

Однажды оркестр, которым руководил Артуро Тосканини, возвращался после гастролей в Южной Америке. Чтобы скоротать время, группа оркестрантов пригласила маэстро послушать коротковолновую передачу из Лондона. Радио включили в середине "Героической симфонии" Бетховена. По мере того как Тосканини слушал, его лицо все более и более омрачалось.

- Что за негодяй берет такие темпы! - возмущался он. - Это просто невозможно! Что он себе позволяет!

К концу исполнения Тосканини, охваченный яростью, был готов выбросить радиоприемник в окно. Тут раздался невозмутимый голос английского диктора: "Вы прослушали запись оркестра Би-Би-Си под управлением Артуро Тосканини".

пусть это будет нашей маленькой тайной...

Артуро Тосканини, дирижируя как-то в Нью-Йорке, сделал замечание певице, выступавшей с оркестром.

- Но я великая артистка, - воскликнула оскорбленная дива, - знаете ли вы об этом?

Тосканини учтиво ответил:

- Не беспокойтесь, я никому об этом не скажу...

да ну их!

Однажды знаменитого маэстро спросили, почему в составе его оркестра никогда не было ни одной женщины.

- Видите ли, - ответил маэстро, - женщины очень мешают. Если они красивы, то мешают моим музыкантам, а если безобразны то еще больше мешают мне!

этого не может быть, но... так было

Однажды Тосканини дирижировал симфонией, в которой арфист должен был один-единственный раз взять одну-единственную ноту. И арфист умудрился сфальшивить! Тосканини решил повторить всю симфонию, но когда пришла очередь вступать арфе, музыкант снова споткнулся.

Рассвирепевший Тосканини покинул зал. Вечером состоялся концерт. Незадачливый арфист занимает свое место в оркестре, снимает с арфы футляр. И что же он видит? Все струны с арфы сняты. Осталась только одна: нужная.

дорогой подарок

Тосканини был чрезвычайно импульсивен и вспыльчив. Неверно взятая нота немедленно доводила его до бешенства. Рассердившись на репетиции, великий маэстро имел обыкновение ломать все предметы, которые попадались ему под руку. Однажды, выйдя из себя, он швырнул на пол свои дорогие часы и растоптал их каблуком... После этой выходки оркестранты, которые любили своего бешеного дирижера, решили подарить ему двое дешевых часов. Тосканини с благодарностью принял подарок и довольно скоро использовал часы "по назначению"...

а кто его знает...

В день своего рождения Тосканини отказался от всяческих почестей и провел его в напряженном труде, репетируя со своим оркестром программу предстоящего концерта. Несмотря на строгое запрещение Тосканини, к маэстро все же явился один из друзей с поздравлениями и как бы между прочим спросил:

- Артуро, не скрывайте, сколько вам исполняется лет - 86 или 87?

- Я точно не знаю, - ответил Тосканини, - я веду учет всех партитур, всех репетиций, всех пластинок с записями выступлений моего оркестра. Неужели я должен кроме всего этого вести еще и точный учет моих лет?!

Краткая биография из Википедии...

25.03.1867 года [Парма (Италия)]- 16.01.1957 года [Ривердейле]

Родился в семье портного. В девять лет он был принят в Королевскую музыкальную школу в Парме. Занимаясь в классах виолончели, фортепиано и композиции, получил стипендию в одиннадцать лет, а в тринадцать начал выступать как профессиональный виолончелист. В 18-летнем возрасте с отличием окончил консерваторию и был принят в передвижную итальянскую оперную труппу как виолончелист и помощник хормейстера. Труппа отправлялась на зимний сезон в Бразилию. 25 июня 1886 из-за пререканий между постоянным дирижером труппы, менеджерами и публикой Тосканини пришлось встать за дирижерский пульт при исполнении Аиды Джузеппе Верди в Рио-де-Жанейро. Он продирижировал оперой наизусть. Так началась его дирижерская карьера, которой он отдал около 70 лет.


Первый итальянский ангажемент Тосканини получил в Турине. В течение последующих 12 лет он дирижировал в 20 итальянских городах и городках, постепенно завоевывая репутацию лучшего дирижера своего времени. Он провел премьеру Паяцев Руджеро Леонкавалло в Милане (1892); его пригласили дирижировать первым исполнением «Богемы» Джакомо Пуччини в Турине (1896). В 1897 он женился на дочери миланского банкира Карле де Мартини; от этого брака родилось четверо детей, но один сын умер в младенчестве.

В течение 15 лет Тосканини был ведущим дирижером миланского театра «Ла Скала». С 1898 по 1903 он делил свое время между зимним сезоном в «Ла Скала» и зимним сезоном в театрах Буэнос-Айреса. Несогласие с художественной политикой «Ла Скала» заставило Тосканини в 1904—1906 покинуть этот театр, потом он вернулся туда еще на два года. В 1908 очередная конфликтная ситуация побудила дирижера покинуть Милан. Так он в первый раз приехал в США, где в течение семи лет (1908—1915) был дирижером «Метрополитен-опера». С приходом Тосканини, который привлек в театр таких певцов, как Энрико Карузо, Джеральдина Фаррар и других крупнейших музыкантов того времени, началась легендарная эра в истории оперного театра в США. Но и здесь Тосканини выразил несогласие с художественной политикой и в 1915 уехал в Италию, где после окончания войны снова стал главным дирижером «Ла Скала». Этот период (1921—1929) стал эпохой блестящего расцвета «Ла Скала».

В 1927 он стал главным дирижером Нью-Йоркского филармонического оркестра, с которым выступал в течение двух предыдущих сезонов как гастролер. В 1930 он отправился с оркестром в первое европейское турне. Этот пост Тосканини оставил в 1936, после 11 проведенных сезонов. В Европе он дважды дирижировал на байройтских вагнеровских фестивалях (1930—1931), на зальцбургском фестивале (1934—1937); основал свой собственный фестиваль в Лондоне (1935—1939) и дирижировал также на фестивале в Люцерне (1938—1939). В 1936 он способствовал организации Палестинского оркестра (ныне Израильский филармонический оркестр).

Завершающий и самый известный период жизни Тосканини начался в 1937, когда он провел первый из 17 сезонов радиоконцертов с Симфоническим оркестром Нью-Йоркского радио (NBC). С этим оркестром он совершил турне по Южной Америке в 1940, а в 1950 объехал США с ансамблем оркестровых музыкантов.

После сезона 1953—1954 Тосканини покинул оркестр Нью-Йоркского радио. Он умер во сне в своем доме в Ривердейле (шт. Нью-Йорк) 16 января 1957.

Зять А. Тосканини — пианист Владимир Самойлович Горовиц.





Tags: Тосканини, дирижёры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments